Глава 82 Ведьма (2)
Глава 82 — Ведьма (2)
Наблюдая за перепалкой двух рыцарей, сир Ариад вздохнул и вмешался:
— Господа, вы — опора нашего господина и благородные дворяне. Вам не пристало лезть на стены, словно простым солдатам.
— Ха, так ты предлагаешь доверить авангард какому-то сброду? Это слова рыцаря?
Несмотря на насмешку в голосе сира Лайама, старый рыцарь ответил невозмутимо:
— Быть в авангарде — добродетель рыцаря, но бросаться в пекло без причины — это неверность господину. Зачем рисковать жизнью, если крепость можно взять и без этого? Если подтащить баллисты со стен, разбить решетку и методично войти…
— Баллисты? Сколько времени уйдет на то, чтобы притащить и установить эти махины?
— Лучше потерять немного времени, чем потерять вас или солдат.
— Ты забыл, что снаружи кишат бандиты? Если беспокоиться о тылах, нельзя сосредоточиться на враге впереди. Мы должны закончить этот бардак до возвращения господина!
Эй, мужики, враг прямо перед носом, а вы тут собачитесь?
И что значит «до возвращения господина»? Принца Улкара здесь нет? Куда он делся?
Тут подал голос сир Лэнгболт:
— Лайам прав. К тому же, мы не знаем, почему гвардия сопротивляется. Возможно, граф пытается защитить свою жену, а может, предатели захватили замок. Если не поспешим, графа могут взять в заложники или ранить…
Лэнгболт вдруг замолчал и посмотрел на сира Ариада. Затем, нахмурившись, резко спросил:
— …Неужели вы этого и добиваетесь?
— Я ничего не говорил, сир Лэнгболт.
— Вы все еще не поняли нашего господина? Это не то, чего он желает.
— …Не думаю, что это стоит обсуждать при посторонних.
Старый рыцарь бросил на меня косой взгляд, и остальные рыцари замолчали.
Какого хрена? Сами болтают, а косятся на меня?
Не выдержав этой тягомотины, я вмешался:
— Так что вы решили? Полезете по лестницам или будете ждать баллисты?
Я обвел взглядом рыцарей, но все они, казалось, погрузились в раздумья.
— Ну, может, магов позовем?
— Думаешь, маги графа станут помогать в атаке на Соляную Крепость?
— Есть же мастер Лимонд.
— Он… на другом задании.
Принца нет, мага нет? Чем они там заняты?
— Ладно, проехали.
Я перехватил щит и Хрунтинг в левую руку.
— Решайте свои проблемы сами, а я поднимаюсь. Прикажите солдатам поставить лестницу.
— Что? Какой-то наемник смеет…
Сир Лайам хотел было прикрикнуть на меня, но я перебил его:
— Погодите. Кому принц поручил это дело?
— …Что?
— Принц поручил это дело сиру Ариаду и мне. И вообще, мы здесь только благодаря тому, что я раскрыл предателя. Разве этого недостаточно?
Лицо Лайама окаменело, и он опустил забрало. Я повернулся к Ариаду:
— Как вы знаете, я наемник. Точнее, меня даже не нанимали официально, так что я, по сути, ополченец.
— …Допустим. И что?
— Если я сдохну, принц ничего не потеряет. Просто дайте мне лестницу.
— Почему ты так спешишь?
— Внутри есть люди, которых я знаю. Среди них мой боевой товарищ.
— …Товарищ. Хм.
Старый рыцарь с загадочным видом погладил подбородок. Затем спросил двух других рыцарей:
— Звучит неплохо… Что думаете, господа?
Лэнгболт молча посмотрел на меня и пожал плечами.
— С его навыками… почему бы и нет.
Наконец, Лайам. Почувствовав на себе взгляды, он недовольно буркнул Гилберту:
— Сержант, командуй здесь.
— Слушаюсь, сир Лайам.
Фух. Боялся, что он начнет упрямиться, но обошлось.
Кстати, сегодня я работаю языком больше, чем мечом… Хотелось бы, чтобы так и продолжалось.
— …Как войдешь, сразу спускайся по лестнице. Откроешь дверь — там коридор, в конце коридора комната…
— И покрутить лебедку, чтобы поднять решетку?
— Да. Ты все правильно понял, друг.
— Еще бы. Я слышал это уже пять раз.
Я затянул ремень щита на запястье. Гилберт смущенно почесал подбородок.
— Я правда сказал это пять раз?
— Ага. Так что давай начинать.
— …Но тебе точно не нужны солдаты?
Сержант выглядел обеспокоенным, но я лишь усмехнулся:
— Ты дашь мне своих парней?
— Этого я не могу. Сир Ариад приказал…
— Ну вот и все. А брать с собой сброд — только мешаться будут.
Я слышал, что в Саутхарборе сейчас около тысячи солдат. Из них гарнизон ворот, порта и стража — всего около трехсот. Остальные — пришлые.
Состав внешних сил тоже пестрый. Личная гвардия принца Улкара — всего сто пятьдесят человек, еще сто пятьдесят — войска вассалов, которых он притащил с собой, и около четырехсот — ополчение, собранное по мобилизации.
…М-да. Не десять тысяч, не двадцать, а всего тысяча, и та — лоскутное одеяло.
В любом случае, сейчас за Соляной Крепостью стоит около сотни солдат.
Из них полтора десятка под командованием Гилберта — это, конечно, гвардия принца. Элита в плоских шлемах и кольчугах, вооруженная алебардами, топорами, щитами, арбалетами и длинными луками.
Не только снаряжение, но и взгляд, и выправка выдавали в них ветеранов.
А вот те, кто готовился бежать с лестницами — это ополчение.
Оружие, происхождение, статус, профессия — полный винегрет. Есть опытные бойцы вроде наемников или охранников караванов, но полно и нищих, рыбаков, цирюльников и торговцев.
Те, кто стоял вокруг с факелами для массовки — это войска вассалов. Название громкое, а по факту — крепостные, которых пригнали, сами не знают зачем.
Вместо доспехов — тряпье, вместо оружия — вилы, топорики да дубины.
Доверить спину ветеранам принца я бы еще мог, но ополчению или крестьянам — увольте.
— Я с самого начала собирался идти один. Начинай уже.
— Хм, ладно.
По кивку Гилберта операция началась.
Ополченцы со щитами пошли вперед, за ними — те, кто нес лестницу на плечах. Эта живая масса медленно двинулась к стене.
— Щиты выше!
— Бл*дь! Не наступай на ноги!
— Плечом к плечу, идиоты!
Полный бардак.
Хорошо хоть те, кто нюхал порох, подгоняли остальных, так что строй худо-бедно держался.
В этот момент с разрушенной башни посыпались болты и камни. Большинство пролетело мимо или ударило в щиты, но кому-то пробило плечо или разбило голову.
— Огонь!
По команде Гилберта лучники принца и мобилизованные охотники открыли ответный огонь.
Пока враги на башне пригнулись, солдаты с лестницей ускорились.
— Быстрее, еще быстрее!
— Поднимай лестницу! Эй, сзади, толкайте, чего застыли!
Хм, странное чувство. Больше сотни людей надрываются, чтобы создать возможность для одного меня.
Пусть и скромная, но все же осада. В бытность Ким Сынсу я о таком и мечтать не мог — быть главным героем в такой сцене.
— Фух.
Я перевел дыхание и, сжав меч и щит в левой руке, побежал.
Когда я поравнялся с хвостом отряда, лестницу уже приставили к башне. Я тут же начал карабкаться вверх.
— Толкай! Отталкивай!
— Один лезет! Сбейте его!
Прикрываясь щитом сверху, я без устали работал руками и ногами.
Сверху сыпались стрелы и камни, снизу лестница ходуном ходила.
Ополченцы изо всех сил удерживали основание, но враги сверху отталкивали лестницу длинными шестами.
Крииик.
— Э, э-э!
Лестница, стоявшая под наклоном, начала медленно отклоняться назад!
Черт, почти добрался!
Когда я ступил на последнюю перекладину, лестница уже стояла вертикально.
— Ыть!
Пошатываясь, я ухватился за боковины, пытаясь удержать равновесие. А потом, мысленно крикнув «Была не была!», оттолкнулся и прыгнул в пустоту.
— О-о-о…
Лестница рухнула назад, вызвав испуганные вопли внизу. Но мой взгляд, пока я летел по воздуху, был прикован к врагам на башне.
— Угх!
Ку-данг-танг!
Я приземлился, подмяв щитом вытаращившего глаза солдата, и перекатился.
— Убить его!
Вместе с криком сзади просвистело лезвие, чиркнув по шее. Я быстро вскочил, принимая боевую стойку.
…Ого, а их тут многовато.
Тесная комната башни с обвалившимся потолком была набита битком — человек пятнадцать.
Но проблема была не только в количестве, а в снаряжении.
Как и положено гвардии лорда, они были одеты в кольчуги с латными вставками и шлемы-шапели. В руках — длинные мечи, моргенштерны, боевые топоры. Все оружие отличного качества.
— Вот же бл*дь…
Не успел я их толком рассмотреть, как пришлось выругаться и сделать выпад. Солдаты, ведомые крикуном, навалились скопом.
Дальше начался хаос.
Тяжеловооруженные враги перли напролом. Я отчаянно работал щитом и колол мечом.
Игнорируя удары по ногам и животу, я отбивал только те, что летели в голову и сердце, но даже так едва справлялся.
В этой суматохе я свалил одного, окрасив бурый клинок Хрунтинга в алый цвет.
Враги, не обращая внимания на смерть товарища, продолжали наседать.
Я ударил кромкой щита того, кто лез в лоб, принял на плечо удар моргенштерна слева и вогнал меч в горло солдату справа.
— Кхек…
Тот, с пробитым горлом, стиснул зубы и с невероятным упорством вцепился в мою руку.
— Псих…
Я дернул рукой, стряхивая его, но враги уже заносили оружие для удара.
Ка-гак, дзынь!
— Кх, кха.
Щит, плечо, голова, голень — удары сыпались градом. Отступая в полубессознательном состоянии, я инстинктивно активировал магию, высвобождая Кровавую Ауру.
Кровь, разлитая на полу, превратилась в шрапнель и взметнулась вверх.
Пху-ваак!
— Угх! Что это?
— Мои глаза, мои глаза!
Ошеломленные враги отшатнулись.
Черт, магии было мало, так что доспехи пробить не удалось. Единственный урон — одному не повезло, и ему попало в глаза.
Но выигранного времени было достаточно.
— Хаа, фуух…
С приливом Кровавой Ауры зрение окрасилось в красный. Чувствуя, как обостряются все чувства, я молнией рванул вперед.
— Кх!
Бам!
Гвардеец поднял щит, но от моего удара в полную силу его отбросило назад.
Не поворачивая головы, я отбил щитом меч сбоку и добил упавшего.
Хлюп.
— Гх, кррр.
Клинок, прорвав кольчугу и войдя в горло, словно выпустил красный язык, жадно впитывая кровь.
Бл*дь, не хотел я пить человеческую кровь… Сожаление мелькнуло и исчезло. Тело, измотанное усталостью и ранами, наполнилось странной бодростью.
…Да ладно, плевать. Все равно никто не видит.
Все они здесь умрут, так что какая разница.
Я с силой выдернул Хрунтинг и бросился на следующего.
— Зажмите его в угол!
— Не отступать!
Враги все так же яростно атаковали. Но почему-то их движения казались мне медленными и вялыми.
Я уклонился от клинка, откинув голову, ударил щитом, ломая плечо с топором, подсек и опрокинул того, кто был с молотом.
Я пропустил четыре или пять ударов, но боли почти не чувствовал.
Доспехи отрабатывают свою цену?
…Нет, не то. Враги слабели. Почему?
— Хе.
Откуда-то донесся тихий смешок.
Я отмахнулся от этого неприятного звука и сделал выпад. Враги умирали все быстрее.
— Какой-то наемник…
Их осталось всего половина. В их голосах начал проступать страх.
— Хе-хе.
Смешок стал громче.
Я размахивал Хрунтингом, даже не осознавая, какое у меня сейчас выражение лица. Каждый раз, вонзая клинок в плоть врага, я на мгновение наслаждался приливом жизненной силы.
Вскоре их осталось всего трое.
Откуда-то раздался громкий хохот.
Двое бросили оружие, один побежал к лестнице. Я полоснул кончиком меча по шеям сдавшихся и бросился за беглецом.
Смех преследовал меня, пока я спускался по винтовой лестнице.
Когда я вогнал меч в спину врага, царапавшего дверь, смех затих.