Глава 77. Пора бы и отдохнуть

Лазурный Меч Намгун Чхон получил в поединке с Ён Джокха множество порезов — глубоких и мелких — на плечах и обеих руках.

Меч, Отвергающий Зло, Намгун Чжин, поначалу метавшийся над бесчувственным товарищем, заявил: «На мне лежит долг чести отряда Чхончхон — я обязан довести караван до Лояна» — и ушёл один.

Разумеется, он видел, что люди лагеря Обон ухаживали за Намгун Чхоном с неподдельной заботой, и доверился им.

К вечеру Намгун Чхон так и не очнулся.

Лекарь из деревни Хага сказал, что причина — полное истощение сил и большая потеря крови.

После ужина Ён Джокха присел на корточки перед комнатой, где лежал Намгун Чхон.

Мучимый тем, что ранил именно его, он рвал на себе волосы.

Мимо проходил Сим Янгак — увидев его, тихонько приблизился.

— Молодой господин, не казните себя. Вы оба впали в транс — это стихия, а не злой умысел.

— Я сумасшедший. Посреди боя — вдруг впасть в транс…

— Жаль, конечно, что Намгун Чхон пострадал, но для обоих это — благословение.

— Ещё одно такое «благословение» — и на тот свет.

— Хе-хе, а знаете, сколько людей мечтают хоть раз испытать состояние полного забвения? Смею предположить, что вы оба достигли немалого.

— «Достигли», ну-ну. Управление мечом силой ци по-прежнему не даётся.

— Зато вы свободно скользили по грани между формами и бесформенностью — разве этого мало? Каждый, кто берёт в руки клинок, мечтает выйти за пределы заученных форм.

— Я скользил по грани? Правда?

— Да, ваша техника меча сильно изменилась. Вы наносите удары легко, играючи, а суть каждого приёма — на месте. Неужели ничего не почувствовали?

— Ну… если подумать, пропало какое-то давление — ощущение, что я обязан применять заученные формы.

— Хе-хе, а раньше вы это давление чувствовали?

— Ну да — учили-то для дела, надо же применять. Но по сути, фехтование — штука простая: колоть и рубить, что ещё? «Все пути ведут к истоку» — когда понимаешь, что и приёмы сводятся к тому же уколу и рубке, чувство долга пропадает.

— Вот как. Попробуйте завтра помахать мечом — увидите разницу. Лишь тот, кто проник в самый костный мозг приёмов, способен свободно выходить за их пределы. Я и не предполагал, что вы уже на этой ступени.

— Пфф! «Костный мозг»? Старик Сим, ты в прошлой жизни был поваром? Что за «костный мозг»? Ну и выраженьица.

— В детстве мне случалось помогать на кухне.

— Чего только ты не делал!

— Хе-хе, ради пропитания приходилось браться за всё.

Взгляд Ён Джокха, обращённый на Сим Янгака, потеплел.

Слушая историю его прошлого, он видел в нём чуть более человечного старого демона.

— Значит, я балансирую на грани между формами и свободой от форм?

— Да. Я сам поверить не могу. В вашем возрасте перешагнуть через формы — это попросту невозможно. Даже если бы вы учились мечу ещё в материнской утробе — и тогда не вышло бы. Может, всё дело в том, что вас учила сама Девица Девяти Небес?

— Возможно.

— А чудовищная внутренняя сила? Вы говорите, что полностью освоили все девятьсот знаков, но одной практикой «вдоха и выдоха» такого не достичь.

— У Девицы Девяти Небес я ещё и кормился щедро.

— Чудодейственные снадобья?

— Нет. Сухие лепёшки и вода.

— И они были… сладкие?

— Ага.

Брови Сим Янгака сошлись на переносице.

Трудно было понять, чему верить, но выражение лица Ён Джокха было совершенно серьёзным.

— Молодой господин.

— М?

— Другим людям лучше такого не рассказывать.

— Почему?

— Решат, что вы лжёте. Или что вы безумны.

— Ну да, наверное.

— Ха! Так вы нарочно это говорите, зная, чем это грозит?!

— А что, по-твоему, я дурак?

— Понял. А где вы встретили Девицу Девяти Небес?

— В зеркале.

— Пфф-хе-хе-хе. Хе-хе-хе.

Сим Янгак долго смеялся, содрогаясь всем телом вместе с плечами — что его так развеселило, одному ему ведомо.

Намгун Чхон пришёл в себя лишь поздно ночью.

Узнав от Ён Джокха, что Намгун Чжин уже ушёл, он почти не удивился.

Помявшись, Намгун Чхон осторожно заговорил:

— Молодой герой Ён, можно спросить кое о чём?

— Да.

— Ваша техника показалась мне очень знакомой. Не Меч Девяти Небес ли это — искусство поместья Варён?

Намгун Чхон полагал, что «младший брат Ён» как-то связан с поместьем Варён.

Он прожил бок о бок с Ён Мубэком десять лет.

Тайных формул Меча Девяти Небес он не знал, но мог воспроизвести каждое движение.

Именно поэтому он, не будучи сверхмастером, так долго продержался в поединке с Ён Джокха.

Десять лет спаррингов с Ён Мубэком — рисунок Меча Девяти Небес был впечатан в его тело. Оттого он смог глубже погрузиться в бой и в конце концов достиг состояния полного забвения.

— Да.

Ён Джокха не стал отрицать.

Он — сын Мечника, Рассекающего Луну, и законный наследник искусства Девяти Небес.

— Простите за нескромность, но каково ваше отношение к поместью Варён? Без задней мысли, просто… я десять лет провёл рядом с наследником поместья, Ён Мубэком, однако в Мече Девяти Небес вы искуснее него.

Намгун Чхон даже мысли не допускал, что стоящий перед ним юноша и есть Ён Джокха. Мастерство было слишком велико. Достичь подобных высот невозможно — даже вложив все силы целого клана, — ребёнку, заточённому в амбаре.

— Может, помните меня? Мы виделись в поместье Варён лет тринадцать назад. Я — Ён Джокха.

— Что?!

Намгун Чхон уставился на него широко раскрытыми глазами.

Этот человек — тот самый мальчик, который сидел взаперти в амбаре и потом сбежал?

— Вы и вправду Джокха — младший сын покойного дяди Ёна? Тот молчаливый малыш?

— Да.

Под пристальным взглядом Намгун Чхона Ён Джокха застенчиво улыбнулся.

— Младший, которого держали в амбаре?

— О? А вы откуда знаете?

— Не может быть…

Намгун Чхон рассказал, как три года назад они с сестрой искали его в поместье Варён.

— А на гору Обон ты как попал?

После того как он узнал, что перед ним сын «дяди Ёна», Намгун Чхон перешёл на «ты».

Ён Джокха поведал обо всём — от побега из амбара до обретения дома на горе Обон.

— …Тогда я чуть не умер от болезни, но атаман меня спас. С тех пор так и остался.

— Цыц… Вот оно как. Отец с матерью и Ёни очень за тебя переживали. Особенно отец — он мечтал хоть когда-нибудь тебя разыскать…

Намгун Чхон осёкся.

Перед глазами вспыхнула картина разорённого дома.

— Я слышал, что случилось с кланом Намгун. От дяди по-прежнему нет вестей?

— Нет. Но он точно жив. Культ Юмён его искал — целый переполох был. Наверняка отец где-то лечится. Не из тех он людей, чтобы так просто уйти.

— Я буду молиться, чтобы он вернулся.

— Спасибо. Кстати, а где ты выучил Меч Девяти Небес? Ты владеешь им несравненно лучше, чем Мубэк.

— Когда я жил в амбаре… нашёл кое-что, оставленное предками рода Ён.

Ён Джокха не стал упоминать Сутру Девицы Девяти Небес.

Как и предупреждал Сим Янгак — сочтут безумным.

— Вот это действительно — беда обернулась удачей! Найти тайное наследие в амбаре! Когда тётушка узнает — вот уж от зависти скрутит…

Намгун Чхон украдкой взглянул на лицо Ён Джокха.

О враждебности лагеря Обон к поместью Варён было известно всему свету. Строились самые дикие догадки, но истинную подоплёку не угадал бы никто.

— Ёни обрадуется, узнав о тебе. Не хочешь как-нибудь повидаться?

— Хочу.

— В поместье Варён, видимо, сообщать не стоит?

— С теми людьми я давно порвал.

В ровном голосе Ён Джокха Намгун Чхон уловил: примирение невозможно.

— Хорошо. Я уважаю твоё решение. Не буду связывать тебя с поместьем Варён. Если бы три года назад мы нашли тебя в том амбаре — клан Намгун тоже разорвал бы все связи с поместьем. У Ёни характер решительный, она не прощает…

— Сестра… у неё всё хорошо?

— Ёни всё такая же, что тогда, что сейчас. Молчунья — в отличие от меня. Ха-ха! Ай, больно!

Намгун Чхон рассмеялся, дёрнувшись всем корпусом, и тут же, поморщившись, потрогал руку.

Видно, неосторожное движение потревожило рану.

— Простите, брат. Я не нарочно. Я старался, но потом на мгновение… потерял голову.

— Ничего, всё в порядке. Благодаря тебе я обрёл великий дар. Словно десять лет провёл в затворничестве — а тут несколько порезов. Разве это цена? Теперь наконец-то появилась уверенность в себе.

По правде говоря, после падения родного дома Намгун Чхон пребывал в унынии. Мечтал о мести, но не видел и проблеска надежды — и отчаивался ещё сильнее. Теперь же — всё иначе. Выросшее мастерство подняло и рухнувшую гордость.

— Ну а ты? Так и будешь жить разбойником?

— Не знаю. Из Десятки семеро уже спустились с горы, но мне-то идти некуда…

Намгун Чхон посмотрел на него с жалостью.

Будь клан Намгун цел — он тут же позвал бы Ён Джокха с собой.

Но сам он ютился при торговом доме Санджо — и сказать было нечего.

— А знаешь такую поговорку? Мелкого воришку секут плетьми и клеймят лицо, а великого разбойника величают героем. Взять хотя бы Небесного Демона-Полководца — разве не так? Что бы ты ни делал дальше — никто не посмеет обозвать тебя вором.

— Правда?

— Конечно. Кто в глаза тебя вором назовёт? За глаза — может быть. Хмф!

Намгун Чхон фыркнул, не договорив.

С мастерством Ён Джокха даже Союз Справедливости предпочтёт смотреть сквозь пальцы.

Перед лицом такого врага, как культ Юмён, ссориться с могучим бойцом Зелёного Леса — себе дороже.

— Мне, честно говоря, всё равно. Разбойничья жизнь — не так уж плохо. Обзовут вором — веду себя как вор. Будут чествовать как героя — буду героем. Какая разница?

— Мудрые слова. Мудрецы говорили: «Относись к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе». Что посеешь, то и пожнёшь.

Ён Джокха кивнул, соглашаясь.

Звучало чуть-чуть странно, но в горячей искренности Намгун Чхона сомнений не было.

***

На следующий день Намгун Чхон спустился с горы.

Он спешил, чтобы не тревожить сестру Намгун Ён, ждавшую его в Лояне.

После прощания с Намгун Чхоном Ён Джокха долго не мог найти себе места.

Он всё чаще сидел неподвижно, уставившись в пустоту.

Однажды не выдержавший Сим Янгак поднялся на Первый Пик горы Обон.

Ён Джокха, неподвижно сидевший на валуне, вяло пробормотал:

— Старик Сим, что тебя вечно сюда тянет? Ты тут что, горшок с мёдом зарыл?

— Хе-хе, помилуйте. Кстати, вы, похоже, забросили практику управления мечом силой ци?

— Это не за день и не за два делается. К тому же, если девятнадцатилетний мальчишка начнёт кидаться летающими мечами, скажут — нахал.

— Ой, да бросьте. Люди и глаз-то на вас поднять не посмеют.

— Не посмеют? Так нельзя. Я не хочу быть бесчувственным чурбаном.

— Пфф-хе-хе. Так вы отдыхаете, значит?

— Я столько лет не отвлекался, пахал не разгибаясь. Пора бы и отдохнуть.

— Раз уж отдыхаете — отдохните с толком.

— Что за «толк» в отдыхе?

— Я ведь говорил вам про управление мечом — и сам знаю, что наврал с три короба.

— Да, я в курсе. Понадеялся на притягивание — и остался в дураках.

— Вот поэтому и предлагаю: съездите на гору Удан, к Купцу Небес и Земли. Он точно объяснит суть управления мечом. А заодно — махните в Лоян и полюбуйтесь знаменитыми «тремя чудесами Лояна».

— Тремя чудесами?

— Суп «водяной пир», пионы и Лунмэньские пещеры — это и есть «три чуда Лояна». Отдыхать — так по-настоящему, верно?

Глаза Ён Джокха ожили.

Лоян — значит, можно будет и с людьми клана Намгун повидаться. Предложение было заманчивым.