Глава 09 Метод балбеса 4
После того как я вернулся в усадьбу.
— Какое счастье!
— Это ещё что за вопли?
В тот самый миг, как Джеймс убедился, что я вернулся, он вдруг подскочил ко мне, принялся принюхиваться, водя носом, а потом завопил — и я, глядя на него, скривился. Тогда Джеймс крепко сжал оба кулака.
— От вас не пахнет вином — какое же это счастье…! Я уж было решил, что вы, барич, снова отправились пить!
— Пить? А.
Глядя на Джеймса, который смотрел на меня с тревогой на лице, я почесал загривок. Я ведь сказал, что иду в кабак, вот он, похоже, и переживал, не потянуло ли меня снова к бутылке.
— Это ведь всего неделю назад вас господин виконт выставил за то, что вы напились и подрались, разве нет? И если бы вы и в этот раз вернулись пьяным…
— То при отцовском-то характере меня бы и на порог моей комнаты не пустили. Знаю. Я не пил, так что не переживай.
— Это-то, ну, да… Но зачем же вы тогда ходили в кабак?
— А, хотел немного в азартные игры перекинуться.
— А, в азартные, значит? Азартные — это дело хорошее… Что? Тогда мои деньги…
— Просадил всё подчистую.
— Что-о-о?
С этими словами я протянул ему кошель, и Джеймс, торопливо подхватив его, заглянул внутрь и скорчил отчаянную мину. Такую рожу мог бы скорчить разве что рыцарь, потерявший родину.
— Моё жалованье за два месяца…!
— Ты же сам говорил, что эти деньги всё равно для меня. Чего жалко-то?
— Это так, но всё же… я хотел бы, чтобы вы потратили их на что-нибудь более путное…
— А. Да шучу. Ни гроша не просадил.
— Что?
Глядя на сникшего Джеймса, я прыснул со смеху и снова сунул ему кошель с золотыми, который припрятал в другом месте. Тут Джеймс растерял все слова и забубнил что-то нечленораздельное.
— Я пошёл.
— Что? Нет, э-э, чес, честь имею!
— Честь имей не передо мной, а перед моим отцом. Топай, паши давай.
Хлопнув Джеймса по плечу в знак ободрения, я прошёл во внутренние покои усадьбы, в свою комнату, и покрутил шеей, занемевшей от напряжения. Дело принимало довольно занятный оборот.
— Этот заказ взять — никак не выйдет.
После того как она выслушала моё предложение.
Кайя-златолюбка сказала именно так. Что выполнить этот заказ — никак не выйдет.
— Дело не в том, что денег мало, и не в том, что опасно… дело не в этом. Времени не хватает. Барич, ты же сам понимаешь?
— Понимаю.
— Если эта заброшенная шахта и впрямь там, где ты сказал, на дорогу туда и обратно уйдёт месяц. Ну, если переть без передыху днём и ночью, да коротким путём, то можно как-нибудь ужать недели до трёх.
Три недели.
Если считать, что много, — то много, если считать, что мало, — то мало. А вспомнить, что важные переговоры тянутся когда несколько недель, а когда и до нескольких месяцев, — так это, по правде, срок вполне сносный.
Но.
— Если он мошенник, с чего бы ему столько ждать?
— …
— Если ты, барич, прав, то самая суть его аферы — заманить как можно больше народу. На одном дворянине он долго торчать не станет. Если уйдёт целых три недели — времени в обрез не хватит.
Вот в чём была загвоздка. Что, даже если Кайя смотается туда и обратно на всех парах, всё равно поздно.
— Чего? Ну так всё просто. Прокладывай маршрут вот так.
— А? Нет, ты что, меня не слушал? Даже кратчайшим путём — три недели…
— Не-а. Заявляю прямо. Кайя, твоя дорога — дрянь! Я сделаю так, что ты обернёшься до шахты и обратно за неделю!
— Нет, неделя физически невозмож… а? А-а?
«Я кое-как сумел сократить время, воспользовавшись памятью вселенца, но.»
Неделя.
Даже если перерыть память вселенца и ужать дорогу до предела, на путь туда-обратно до шахты, что припрятал Гиллион, всё равно уйдёт примерно столько.
А если Кайя собьётся с пути или вздумает по дороге отдохнуть, то время растянется ещё больше.
«Времени категорически не хватает.»
Гиллион гостит в нашей усадьбе уже второй день.
Похоже, к главному он пока не приступал, но эта мошенническая тварь наверняка хоть сегодня заведёт за ужином с отцом разговор об инвестициях. А отец, человек во всём твёрдый, отклонит просьбу о вложениях — и на том всё кончится.
«Что же делать.»
Нужно выиграть время. Но как.
— …
Поразмыслив немного, я прыснул со смеху. Замять начавшийся разговор и выиграть время?
«Так это же просто.»
Тем, кто разборчив в средствах, это, может, и далось бы тяжело. Но я-то пока балбес. Существо, от которого чего угодно жди — и не удивишься.
А раз так, грех не воспользоваться этим положением на полную.
— Ну-ка попробуем.
Продержаться неделю.
Если пустить в ход кое-какие уловки, дело нехитрое. Для паинек-зубрил задачка, может, и сложная.
— Джеймс!
— Да! Молодой господин. Звали?
— Ага.
Я — на весь край прославленный балбес.
— Сходим-ка вместе со мной к Кэмпбелл.
— …Что?
А у балбеса свой, балбесов метод.
* * *
Кто лучше всех осведомлён о внутренних делах дворянского рода?
Тот, кто не разбирается в подноготной дворянских домов, сразу назовёт главу соответствующего рода, но тот, кто хоть сколько-нибудь смыслит в этой подноготной, в большинстве своём назовёт мажордома или управляющего.
Это, если вдуматься, дело само собой разумеющееся. Ведь роль главы рода — определять, в каком направлении движется дом, и решать большие дела. Если глава большого рода станет вникать во всякую мелочь по отдельности, ему ни конца ни края не будет.
Оттого в большинстве дворянских домов мажордом или управляющий улаживает все дела, большие и малые, внутри рода и подаёт главе на утверждение. Вот почему тем, кто способен знать внутренние сведения дворянского рода до мельчайших подробностей, может быть только мажордом. И.
С этой точки зрения престарелый мажордом дома виконта Цик, Карлтон, был мажордомом дельнее всех прочих. Потому что.
Внутри рода не существовало дел, что свершились бы, ускользнув от его глаз и рук.
— На этом распределение работы на сегодня закончим. Все помните, что вы слуги дома Цик, и держите себя ответственно.
— Да!
Утро. Распорядительская комната прислуги.
— Господин мажордом.
— В чём дело?
К седовласому мажордому Карлтону, который распределил слугам работу и собирался удалиться, чтобы приступить к надзору, обратился один из слуг; осторожно оглядевшись по сторонам, он тихо зашептал.
— Похоже, молодой господин Рэй вчера снова наведался в кабак.
— Молодой господин?
— Да. Вина, по всему, не пил, но, говорят, нашёлся тот, кто видел, как он играл в азартные игры.
— …Хм. Ладно, я понял.
На доклад слуги Карлтон издал глухой звук и, давая понять, что услышал, повёл рукой; слуга тихо умолк и повернулся к своим делам. А Карлтон, спокойно проводив его взглядом, погрузился в раздумья.
«Молодой господин Рэй.»
Первый сын дома Цик и былая гордость дома Цик. И ныне второго такого балбеса в доме Цик не сыскать.
«Что же на сей раз у вас на уме?»
Поразмыслив немного о Рэе, Карлтон тихо вздохнул и потёр переносицу рукой в белой перчатке. В последнее время он было решил, что молодой господин ненадолго взялся за чудачества, а тот снова возвращался к замашкам балбеса.
— Карлтон. Прости.
— Отец. Простите меня.
Неделю назад.
Рэй, которого выставили из усадьбы виконта за то, что он вернулся пьяным, явился обратно и с таким видом, какого ни разу не выказывал перед челядью, выдавил слова извинения. Что он крепко раскаялся в своём балбесном поведении. Что отныне думает зажить добропорядочно.
Разумеется, в эти слова не поверил никто. Сколько уже лет Рэй вёл жизнь балбеса, сколько раз он выкидывал свои выходки? Решили, что и на сей раз это очередная такая выходка. Но.
Прошёл день, прошёл второй, прошёл третий, прошёл четвёртый.
И всё же не было недостатка в тех, у кого при виде неизменного его поведения зародилась мысль: а вдруг? По крайней мере, для тех, кто помнил дом Цик каким он был несколько лет назад, первый сын Рэй был достойным гордости наследником дома Цик.
Быть может, на сей раз всё иначе.
Слывущий хладнокровным Карлтон тоже затаил такую мысль. Разве не был Рэй в детстве настолько правильным, что, при всей чрезмерной его жизнерадостности, и вообразить было нельзя, что он станет балбесом.
Пусть он до сих пор и сбивался с пути, но в этот раз, единственно в этот раз, всё, может статься, будет иначе.
Вот что он думал.
Ровно до того, как услышал тот самый доклад.
«Говорят, вина не пил, но к азартным играм руку приложил. О том, чтобы бесчинствовал, речи нет, но… это лишь вопрос времени.»
Все поступки Рэя докладываются вплоть до главы рода. Ведь если Рэй, наследник дома Цик, что-нибудь учинит, каждая такая мелочь напрямую сказывается на чести рода. Но.
«Глава рода и без того немало душевных мук претерпел из-за молодого господина.»
Карлтон, служивший дому Цик ещё с поры прежнего главы рода, не только нынешнего, знает это хорошо. Что, каким бы железным здоровьем и стержнем ни обладал глава нынешнего поколения, он всё же глава семьи и отец.
Пусть ему и перевалило за сорок, для Карлтона нынешний глава рода Каин ещё молод годами. Человек, до крайности неумелый и как отец, и как глава семьи.
Это дом, где ещё со времён прежнего главы по наследству передаётся неуместная неспособность как следует выразить нежные чувства, которых у них в избытке. Виду не подаст, но, попади эта весть главе рода в уши, она наверняка станет для него тяжёлой раной.
«Хлопотное дело.»
Решать прямо сейчас не годится. Покончу-ка сперва с тем, что нужно сделать.
Глубоко вздохнув, Карлтон сверился с расписанием.
— Утром… всё как обычно.
Уборка усадьбы да наведение порядка. Трапеза. И сверх того — несчётные дела, что вершатся в обычное время.
К этому Карлтону нарочно прикладывать руку нужды нет. Усадьба виконта обширна, прислуги много, да и опыта всем не занимать, так что, и не приложи Карлтон руку, каждый из старших сам управится как надо.
То, на что мажордому Карлтону надлежит обращать особое внимание, — это распорядок главы рода и дома. К счастью ли, на утро никаких особых дел не предвиделось.
— Достаточно будет лишь проверить.
Хоть утром дел и нет, на вторую половину дня приходится приём такого почётного гостя, как глава торговой гильдии Гиллион. Принимать почётного гостя вместо главы рода, занятого государственными делами, — тоже дело мажордома.
— Пора приступать.
Быстро всё для себя уложив, Карлтон принялся обходить усадьбу, проверяя, как идёт служба. Дела улаживались в мгновение ока.
— Пришёл проверить. Всё ли в порядке?
— А, господин мажордом. Никаких происшествий.
— Стряпня выходит как должно? А то, как в прошлый раз, овощи вдруг не завяли?
— Ха-ха-ха! Так это ж когда меня не было. Всё проверил накрепко.
Проверив сад и столовую.
— Господин мажордом. Пожаловали?
— Как там лошади?
— Преотлично-с. То ли от того, что денёк ясный, но эти молодцы аж пышут силушкой.
Заглянув в конюшню и проверив, как там боевые кони.
— Ой, господин мажордом, пожаловали! За время дежурства происшествий нет!
— Роттен. Трудишься на посту, молодец. Всё ли в порядке? Нет ли убыли в людях?
— А, командир отделения Джеймс взял отгул.
— Джеймс?
— Да. Сказал, что должен кого-то выхаживать…
— Видать, у него мать-старуха занемогла. Надо бы послать укрепляющего кушанья.
Заглянув к страже и проверив, как идёт служба.
— Остаётся один лишь гостевой флигель.
Без минуты передышки покончив с утренними делами и сверившись со временем, Карлтон, направляясь к гостевому флигелю, чтобы принять главу гильдии Гиллиона, окинул взглядом стоящее поодаль здание. Комната Рэя, что видна из гостевого флигеля прямо напротив.
«Вздумай он что учинить — уже бы рвануло, но, на счастье, сегодня, похоже, обойдётся тихо.»
Да. Если это разовая оплошность, нет нужды докладывать о ней нарочно.
Быть может, и Рэй за эту неделю чересчур себя сдерживал, оттого ненадолго и сбился с пути. Если так, нет нужды нарочно докладывать главе рода и причинять ему беспокойство.
«Можно ещё немного понаблюдать.»
За утренними делами приведя мысли в порядок, Карлтон с просветлённым настроением постучал в дверь гостевого флигеля и заговорил. И.
— Господин Гиллион, глава гильдии. Как и было условлено, я пришёл показать вам владения виконта.
— Хм, я и сам как раз собирался выйти, но не ждал, что господин мажордом наведается первым. Хе-хе.
Медленно.
В тот миг, как дверь отворилась и показалась фигура главы гильдии Гиллиона, Карлтон, улыбавшийся до того, так и застыл.
— Лакей, что вы прислали взамен, до чрезвычайности учтив. И в этикете подкован отменно. Не будь он лакеем дома Цик, я бы охотно нанял его служащим в гильдию.
За спиной главы гильдии Гиллиона. Хорошо знакомое Карлтону лицо.
Первый сын Рэй стоял так, будто прислуживал Гиллиону.
— Ха-ха-ха. Что вы, право.
Облачённый в одежду лакея дома Цик.
С улыбкой, сулящей, что он вот-вот что-то учинит.
======================================================================